Новости
С ЮБИЛЕЕМ!
14 ноября 2017


С.Б. Николаева


Геолого-геоморфологический очерк территории Лапландского заповедника
и уникальные геологические объекты природного наследия


       Территория Лапландского государственного заповедника, как и весь Кольский регион, расположена в северо-восточной части одного из наиболее древних кристаллических щитов (участка поверхности, способного к поднятию) – Балтийского (Фенноскандинавского), представляющего собой глыбу континентальной коры с выступающим на поверхность фундаментом (Тектоника…, 1976). История развития и различные процессы, формирующие этот фундамент, проявлялись здесь на протяжении почти 3 млрд. лет – от позднего архея и до настоящего времени. В результате совокупной деятельности эндогенных (глубинных, вызванных внутренними силами Земли) и экзогенных (поверхностных, вызванных внешними по отношению к Земле силами: водой, выветриванием, ледниками и пр. 1) факторов были сформированы основные геологические структуры и комплексы кристаллических пород, рыхлые отложения и рельеф, то есть та поверхность, которую мы наблюдаем, изучаем, и по которой прокладываем геологические и туристические маршруты сегодня. На разных временных этапах своего развития геологические структуры и слагающие их породы не раз создавались и разрушались, претерпевали изменения в результате высоких температур и давления, подвергались землетрясениям и оледенениям. Каждый из этих процессов оставил после себя различные «метки», «следы» на земной поверхности. Такие «следы» можно встретить повсюду: любое обнажение горных пород, их текстура (то есть рисунок, отражающий соотношение и распределение составных частей горной породы), сочетание минералов в породе, ландшафтные комплексы в виде живописных скальных обвалов, трещин и ущелий, классические озовые гряды, ледниковые шрамы и глыбы - отторженцы, сейды и сейдообразные валуны, водопады и пр. Все это несет в себе информацию, расшифровка которой продолжается до сих пор!


Геологическое строение


       Геологическое строение Лапландского заповедника невозможно рассматривать отдельно, без рассмотрения истории формирования Балтийского щита в целом. Согласно современным концепциям в истории развития щита выделяются крупные эндогенные или тектоно-магматические циклы, которые соответствуют архею (геологический период времени от 2500 и >3200 млн. лет тому назад), раннему (1650-2500 млн. лет) и позднему протерозою (570-1650 млн.лет). В качестве главных геотектонических элементов, на Кольском полуострове, начиная с работы А.А. Полканова (Полканов, 1936), принято выделять Мурманский, Кольский и Беломорский районы или террейны (домены) (крупные геоблоки земной коры, обладающие общей историей развития и структурой), которые, в свою очередь, подразделяются на более мелкие блоки (Балаганский и др., 1998). Большинство последующих региональных структурно-тектонических схем, отражают те же основные структурные элементы при всем многообразии их тектонической типизации.  
       Главные структурно-вещественные комплексы и блоковая (доменная – террейновая) структура Кольского региона сформировались преимущественно в период неоархея - раннего протерозоя. К этим же возрастным рубежам относится и формирование древнейших кристаллических комплексов пород, слагающих заповедник. В структурном отношении эта территория входит в состав Беломорского геоблока (террейна) и граничит на востоке с Лапландско-Беломорской шовной зоной, разделяющей две крупные структуры – Беломорский и Центрально-Кольский составные террейны (рис. 1). Фрагментами этой шовной зоны является Печенгский и Имандра-Варзугский палеорифтогены (Геология рудных районов…, 2002).



Рис. 1.       Геологическое строение территории Лапландского заповедника по (Геологическая карта…, 2001.) Осадочно-вулканогенные и интрузивные комплексы пород.  Нижний протерозой: 1 – щелочные граниты, сиениты; 2 – нориты, габбро-нориты,  3 – габбро-анортозиты, габбро, диориты Главного хребта, 4 – перидотиты, пироксениты, габбро-нориты Мончегорского плутона, 5 – андезито базальты, амфиболиты, 6 – основные гранулиты.  Верхний архей: 7 – граниты, гранодиориты, эндербиты, 8 – метавулканиты кислые, средние, основные, 9 – конгломераты, метавулканиты, кварциты, 10 – парагнейсы и сланцы, 11 – гранодиориты, тоналиты, плагиограниты, 12 – слюдяные, гранат-слюдяные гнейсы с кианитом, 13 – гнейсы, мигматиты, амфиболиты.  Структурные элементы: 14 – надвиги (а), сдвиги (б), сбросы и взбросы (в), 15 – структурные линии, 16 – гнейсовидность и сланцеватость. На вставке: ПЗ и ИВЗ – фрагменты Печенгской и Имандра-Варзугской палеорифтовой зоны (пояса), ЛГК – Лапландский гранулитовый комплекс


Рис. 2.       Ступенчатые выходы верхнеархейских плагиогранитов в южных предгорьях Чуна-тундр


Рис. 3.       Обнажения биотит-амфиболовых гнейсов, часто встречающихся на территории Лапландского заповедника


        Самые древние породы, выходящие на дневную поверхность заповедника – верхнеархейские (рис. 2, 3). В этот очень отдаленный от нас период времени проявился широкий спектр процессов, в результате которых произошло образование и преобразование различных пород. Стратификация и корреляция отложений этого возраста, слагающих разделенные разломами геологические тела, проведена с большой долей условности (Геология рудных районов…, 2002). Наибольшим распространением здесь пользуются различные гнейсы (полосчатые тонкоплитчатые породы, состоящие из кварца, калиевого полевого шпата, плагиоклаза, цветных минералов с обязательным присутствием слюды), мегматиты (породы, образовавшиеся из неоднородной смеси магмы и постороннего твердого материала, часто с прожилками гранитного состава), плагиограниты (натровые известково-щелочные граниты, состоящие из кварца и кислого плагиоклаза с некоторым количеством биотита и амфибола), гранито-гнейсы (гранит c первичной гнейсовой текстурой), амфиболиты (метаморфические среднезернистые породы, состоящие из амфибола, плагиоклаза и материалов примесей) так называемого «комплекса основания». Стратиграфически выше пород «комплекса основания» залегают слюдяные и гранат слюдяные гнейсы и амфиболиты, выделяемые в ранге кольскобеломорского нестратифицированного комплекса (рис. 1). К более молодым отложениям верхнего архея отнесены различные метавулканиты (породы, образовавшиеся путем излияния или выбросов лавы на поверхность) и кварциты (зернистые породы, состоящие из кварца и сцементированные кварцевым же материалом).
       В раннем протерозое была образована Печенгско-Имандра-Варзугская зона и сформированы огромные толщи вулканогенно-осадочных пород – в основном метавулканитов кислого, среднего и основного состава.
       Интрузивные породы представлены различными гранитоидами (совокупностью гранитов, гранодиоритов, плагиогранитов, переходных к кварцевым диоритам), диоритами (породами, состоящими из  в основном из плагиоклаза и роговой обманки), габбро, габбро-анортазитами (основными породами, состоящими из плагиоклаза и пироксена), пироксенитами, перидотитами (ультроаосновными породами, состоящими из пироксена с небольшим количеством оливина и биотита, только оливина и пироксена) и пр. Гранитоиды часто встречаются в пределах участков развития пород «комплекса основания». Самая крупная интрузия, слагающая Главный хребет (Монче- и Волчьих тундр), состоит из основных и ультраосновных пород. На северо-западе заповедника можно встретить гранулиты (разнообразные породы с зернистой и сланцеватой текстурой, состоящие из ортоклаза, кварца, граната и пр.), андезито-базальты и амфиболиты Лапландского комплекса.
       Самыми молодыми отложениями являются кайнозойские. Кайнозойская эра делится на 3 периода – палеогеновый (65-23.3 млн.лет назад), неогеновый (1.6-23.3 млн.лет) и антропогеновый (четвертичный) (0-1.8 млн.лет).
       В палеогене территория заповедника, как и всего Кольского полуострова, являлась сушей. Возможно, что в этот период времени имела место трансгрессия моря, установить масштабы и точное время проявления которой не представляется возможным. В это время поверхность Балтийского щита отличалась наименее контрастным рельефом, свойственным областям базисной денудации. Отложения палеогена на Кольском полуострове неизвестны.
       Неогеновый период отличался от палеогена высокой тектонической активностью. В конце палеогена - начале миоцена произошло поднятие территории, после чего в ее пределах начали накапливаться континентальные осадки. Они представлены в основном продуктами разрушения более древних пород. Останцы их встречаются редко, поскольку перекрыты более молодыми четвертичными отложениями. В этот же период времени формировались коры выветривания (Афанасьев, 1972).
       К концу неогена произошло существенное похолодание, и в последующий четвертичный период и на всем его протяжении климат оставался менее благоприятным, чем в начале и середине неогена. Господствующим на Фенноскандинавском щите стало физическое выветривание: началось образование дресвяно-щебнисто-глыбового материала, продолжающееся до сих пор. Крупнообломочный элювий формировался в горных районах и на тех участках возвышенностей, где отсутствовала гидрослюдистая кора выветривания. Мощность его, судя по мощности современного элювия, не превышала первых метров.
       Таким образом, к началу покровных оледенений водораздельные пространства Кольского полуострова были покрыты крупнообломочным элювием и останцами гидрослюдистой коры выветривания, а в депрессиях залегали продукты ее переотложения.
       В четвертичный период (0-1.8 млн лет) территория Лапландского заповедника, равно как и смежных с ним районов, подвергалась неоднократным оледенениям. Ледники зарождались в эпохи значительных похолоданий и стаивали в тёплые периоды межледниковий. В результате этих явлений происходило опускание территории под влиянием нагрузки льда, которое сменялось гляцио-изостатическими поднятием при снятии этой нагрузки. Формирование четвертичных отложений было предопределено в основном жизнедеятельностью ледников. Среди них наибольшее распространение имеют ледниковые (морена) и водно-ледниковые отложения последнего Скандинавского оледенения. Морена состоит из обломочного материала, отложенного непосредственно деятельностью сухопутных льдов. Она представлена преимущественно несортированными, часто неслоистыми разнообразными отложениями - от валунов до суглинков и глин. Водно-ледниковые отложения (флювиогляциальные) часто слагают озовые гряды узкой извилистой формы, реже - камы (песчаные холмы) или флювиогляциальные дельты. Состав этих отложений песчано-галечно-валунный. Небольшим распространением пользуются озерно-ледниковые осадки, состоящие из песков, алевритов и глин. Более молодые отложения представлены речным аллювием, склоновым коллювием (обломочный материал, смещенный вниз по склону под действием силы тяжести), биогенными и озерными отложениями.


Геоморфологическая характеристика.


       Формирование рельефа Кольского полуострова происходило в течение длительного периода континентального развития в условиях устойчивого поднятия и сплошного распространения кристаллических пород (Стрелков, 1973). Интенсивные денудационные процессы протекали здесь совместно с процессами тектоническими, выразившимися в образовании разломов, внедрении интрузий и вертикальных колебательных движениях, а продукты разрушения уносились за пределы щита. Следствием этого явилось формирование поверхности выравнивания и господство денудационно-тектонического, структурно-денудационного и денудационного рельефа, представленного плосковерхими горными массивами, холмогорьями, невысокими грядами, плато, низменными цокольными равнинами.



Рис. 4.       Топографическая карта, включающая территорию Лапландского заповедника и объекты природного наследия. 1 – граница Лапландского заповедника, 2 – следы древних землетрясений (палеосейсмодислокации),  3 – озовые комплексы, 4 – ледниковые штрихи и борозды


       Рельеф Лапландского заповедника довольно расчлененный (рис. 4). Цепь низких и средневысотных гор Чуна, Монче  и Волчьи представляет наиболее выдающиеся среди окружающего ландшафта горные массивы восточной части территории. Максимальные высотные отметки рельефа достигают здесь 900-1072 м. Менее высокие массивы Нявка, Маура и Лива расположены в центральной части заповедника. Они как бы полукольцом охватывают центральное платообразное водораздельное пространство, от которого начинаются реки бассейнов Туломы и Имандры. На северо-западе расчлененность рельефа подчеркивает еще один крупнейший горный массив - Сальные тундры, сложенный породами гранулитового комплекса. Водораздельное плато в центральной части заповедника, понижаясь на юго-восток, переходит в болотистую низину, в центре которой лежит оз. Нявка. Другие понижения между горными массивами выполнены долинами рек Чуна, Конья, Нявка, Печа, Вартсуай, Вайкис и др.
       Сложное и пересеченное строение рельефа исследуемой территории обусловлено развитием нескольких морфоструктур (крупных форм рельефа, обязанных своим происхождением геологическим факторам): Заимандровской, Ното-Чунской и Саариселян - Сальнотундровской (Стрелков, 1973). Они отличаются разной интенсивностью поднятия в новейшее время: от высокой (Заимандровская и СаариселянСальнотундровская) - несколько сотен метров до слабо поднятой (Ното-Чунская) - не более сотни метров. Преобладающим типом рельефа здесь является структурноденудационный, то есть сформированный как залеганием горных пород, так и в результате денудации - эрозии, ледниковых процессов, выветривания, абразии и пр.
       Горы Чуна, Монче и Волчьи характеризуются массивными очертаниями благодаря довольно высокой устойчивости основных пород к процессам выветривания. Эрозионные, нивальные или гравитационные формы приурочены, как правило, к отрицательным формам рельефа. В расположении линейных депрессий речных долин и озерных впадин преобладают северо-западные, северо-восточные и меридиональные направления. Краевые разломы меридионального направления особенно четко выражены в рельефе западного подножия Чуна и Волчьих тундр. Ярко проявляются разрывные нарушения и северо-западных румбов,  в виде ущелий, секущих хребты. Разломы восток-северовосточного  направления обусловили ориентировку впадины озера Вайкис и ряда ущелий в горах. Облик современного ландшафта Лапландского заповедника определяется, главным образом, двумя контролирующими факторами: строением кристаллического фундамента и характером чехла рыхлых отложений, связанных с деятельностью последних материковых оледенений. Многообразие проявлений этих факторов фиксируется в удивительных по красоте, а иногда и редких геологических и геоморфологических объектах, являющихся неповторимым памятниками природы. В этой публикации приведены краткие описания только некоторых из них. Наиболее яркими являются следы древних землетрясений (сейсмодислокации – нарушения рельефа и горных пород, в том числе и рыхлых отложений прямо или опосредовано порожденные землетрясениями) и объекты, сформировавшиеся в результате деятельности ледника: ледниковые штрихи и борозды, валунные мостовые, озовые комплексы и пр.


Уникальные ландшафтные объекты и геоморфологические памятники природного наследия.


        Палеосейсмодислокации (следы древних землетрясений, не сохранившихся на человеческой памяти) в виде выразительных рвов в кристаллических породах, грандиозных скальных обвалов и камнепадов, каменных «столбов» и «руин», своеобразных ущелий и расщелений можно встретить на территории Лапландского заповедника. Их немного, но они есть и нередко овеяны легендами, мифами и сказаниями.
       Одно из таких сказаний, где отражены грозные события природы - землетрясения, можно встретить в карело-финском эпосе «Калевала» (Калевала, 1956). В героической песне старого Вяйнямёйнена есть такие строки:

       «Всколыхнулися озера,
       Горы медные дрожали,
       Камни твердые трещали,
       Со скалы скала свалилась,
       Раздроблялися утесы».
                      (Руна 3, 295—300)

       Судя по тексту, эти явления и события происходили в гористом районе, с многочисленными скалами и озерами и охватили большую территорию Карелии и Кольского полуострова.
       Еще одно описание события, очень похожего на землетрясение, случившегося в районе озера Имандра, можно встретить и в народном лопарском эпосе. В сказании о том, «Как старик-лопарь изгнал нечистую силу» повествуется, что как-то к ночи старик-лопарь пошел на озеро Имандра ловить рыбу. Только сел в баркас «…как по всему озеру пошли большие волны, … потом вдруг в воздухе шум сделался…». Сильный гром разбудил и других лопарей, когда «на соседней вараке Schart-warentsch гром сделался. Пошли смотреть, что там приключилось. Видят: варака раскололась на две части, посреди дорога образовалась. Это леший проложил себе путь, когда старик прогнал его» (Народный
эпос…, 1917). Лопари связали это событие с проделками нечистой силы, будто леший проложил себе тропу через гору. Однако для того, чтобы признать в этом тексте отражение сильного землетрясения, не требуется никаких специальных знаний, настолько характерны приводимые признаки. Это и раскол сопки-вараки, и шум, предшествующий событию. Запись сделана в июне 1912 года, со слов лопаря Василия Бархатова, а событие, по всей видимости, относится к XIX веку. Впервые забытое лопарское предание ввел в оборот, идентифицировал как отражение сейсмического события и предварительно датировал А.А. Никонов (Никонов, 2004).
       Аналогичный раскол сопки в виде ущелья (расщеления), образованный в результате сильного древнего землетрясения был обнаружен геологами близ южной границы Лапландского заповедника (Николаева, 2001, 2012). Это ущелье получило название «палео-сейсмодислокация Чуна» и является классическим примером сейсмических событий, происходивших на этой территории несколько тысячелетий назад (рис. 5).



Рис. 5.       Схема распространения палеосейсмодислокаций в районе озер Экостровская Имандра-Чунозеро (А)  и строение сейсмотектонического ущелья «Чуна» (Б).  А. Палеосейсмодислокации: 1 – рвы, ущелья и расщеления, 2 – скальные обвалы, 3 – палеосейсмодислокация «Чуна»,  4 – предполагаемая очаговая область древних землетрясений. Б. 1 – гнейсо-граниты, 2 – элементы залегания пород, 3 – уступы, 4 – глыбы, 5 – валуны


Рис. 6.       Раскол сопки-вараки на две половины во время древнего  землетрясения. На заднем плане видны отроги Чуна-тундр


Рис. 7.       Общий вид ущелья, днище которого завалено крупными  свежими остроугольными глыбами, свидетельствующими  о недавнем подновлении склонов


       Узкое, огражденное с двух сторон отвесными скальными обрывами, ущелье раскалывает на две части сопку - «вараку» и отчетливо выделяется среди окружающего его спокойного ландшафта (рис. 6). Крутые «свежие» стенки, иногда с обратным углом наклона, многочисленные обвалы обрушения, развитые у подножия склонов и заполняющие днище котловины, нагромождение друг на друга огромных глыб создают впечатление скального хаоса (рис. 7). Все это похоже на еще одну «тропу лешего», описанного в лопарском сказании. Глубина ущелья, протягивающегося в субмеридиональном направлении почти на полкилометра, достигает 30 м, а ширина варьируется от 20 - 40 м в центральной части, сужаясь у концов до 3-7 м. Морфология разрыва и сопутствующие ему явления (обвалы, свежие трещины, выколы в бортах уступов) имеют признаки молодых динамических воздействий импульсного сейсмического характера.  
       Сила землетрясений, создавших такую структуру, пусть даже не в один этап, должна быть значительной, а вторичные нарушения могли быть созданы 9-10 балльным землетрясением.  
       Соотношение различных форм рельефа и отложений на объекте и вокруг него позволило сделать вывод об образовании самого ущелья (первичного разрыва) после освобождения этой территории от последнего ледникового покрова. Это произошло около 10-11 тыс. лет назад. Отсутствие водно-ледниковой обработки бортов и днища, несовпадение простирания ущелья с направлением движения ледника также свидетельствуют в пользу такого заключения.
       Сейсмические события имели место здесь и позднее, в голоцене (период времени от 10 тысяч лет до настоящего времени). Одно из них относится к раннему голоцену, но точно пока не датировано. Возраст другого, также сильного, определяется по нескольким радиоуглеродным датировкам торфяных слоев в ближайших к ущелью пунктах. С высокой вероятностью оно составляет 2550 (±150) л.н., т.е. землетрясение возникло в позднем голоцене (Николаева, Никонов, Шварев, 2012).
       Аналогичные ущелья и расщеления рассекают горные массивы Чуна- и Волчьих тундр, и не исключено, что также являются отражением сильных землетрясений прошлого. Так  О.И. Семенов-Тян-Шанский, посвятивший свою жизнь изучению природы Кольского полуострова и особено=но лапландского заповедника, отметил необычный облик Воронова ущелья, расположенного в северной части массива Чуна-тундры. Он обратил внимание на «колоссальные обломки скал», которые загромождают дно этого ущелья и делают его труднопроходимым. Цепь глубоких озерков, протягивающихся по днищу ущелья, делают его удивительно красивым в солнечную погоду» (Семенов-ТянШанский, 1975). В работе Г. Д. Рихтера, ученого, проводившего многолетние геологогеоморфологические исследования на Европейском севере, в том числе и территории, примыкающей к озеру Имандра, можно встретить следующую характеристику ущелья также в горном массиве Чуна-тудры: «…Между гор Эббр-чорр и Райнен-чорр  расположена плоская седловина, которая на востоке обрывается почти отвесной стеной в глубокое ущелье Лемм-корр, разделяющие восточные части этих двух вершин. Дно ущелья, лежащее на высоте 350 м над уровнем Имандры (480 м абс.выс.) сплошь завалено огромными угловатыми глыбами гранито-гнейсов, образующих у выхода из ущелья мощную в десяток метров преграду». Г.Д. Рихтер пишет, что «… это полузакрытое ущелье по своим формам очень напоминает многие хибинские ущелья и, по-видимому, представляет тектоническую трещину» (Рихтер, 1934).  
       Отвесные обрывы, обломки скал и свежесть материала позволяют предположить, что активизация этих разрывов происходила уже в послеледниковое время. Не исключена и предопределенность обвалов голоценовыми землетрясениями. Да и схожесть с хибинскими ущельями, о которой упоминает Г. Д. Рихтер, свидетельствует в пользу их сейсмического происхождения.



Рис. 8.       Фрагменты скальных блоков («столбов», «перьев») в гнейсо-гранитах, отчленившихся по трещинам  от основного тела массива во время сильного древнего землетрясения


       Каменные «столбы» и «руины» - еще один тип весьма впечатляющих элементов ландшафта, встречающихся на территории Лапландского заповедника (рис. 8). Они приурочены в основном к обрывистым скальным уступам, высотой не менее 8-12м или к бортам глубоких ущелий. Эти «столбы» иногда принимают вид каменных «перьев» или «руин» - крупных фрагментов скальных пород разной формы и размеров, часто отчлененных и отодвинутых от уступов на расстояние от 0.5 до 3 – 8 м. Тыловые трещины отрыва, шириной от 10 см до 3,5 м, отчленяющие столбы от скального массива, часто расширяются кверху. Возникновение таких форм рельефа возможно при землетрясениях интенсивностью 7 и более баллов по шкале MSK-64.
       Не менее выразительными природными объектами выступают скальные обвалы и камнепады - хаотическое нагромождение обломков пород различных размеров и форм (рис. 9). Объемы отдельных обвальных тел достигают нескольких сотен - реже, первые тысячи м3. Они возникают при обрушении скал в молодых разломных зонах. Формирование скальных обвалов могло быть вызвано как гравитационными процессами, так и сейсмическими (сейсмо-гравитационными). О.И. Семенов-Тян-Шанский, в письме к известному сейсмогеологу А.А. Никонову сообщил о свежих камнепадах (не лавинного происхождения) случившихся в июне и июле 1949 года под крутыми склонами массива Чуна-тундра (Никонов, 1992). Вполне вероятно, что возникновение этих камнепадов явилось отголоском сейсмических толчков в Хибинских горах, ощущавшихся на большой территории.



Рис. 9.      Скальный обвал в зоне новейшего разрывного нарушения


Рис. 10.      Ледниковые борозды в гнейсо-гранитах,  указывающие направление движения ледника


Рис. 11.      Скопления хорошо окатанных валунов образует «валунные мостовые»


       Другая группа природных геоморфологических объектов связана с деятельностью ледников. Наиболее примечательными из них являются ледниковая шриховка и флювиогляциальные образования типа «валунных мостовых» (рис.10, 11)
       Ледниковую штриховку (системы тонких параллельных царапин или, если это крупные штрихи, - борозд, которые нанесены на твердые породы песком и гравием, включённым в нижнюю поверхность ледника) можно встретить на обнажениях гнейсов, гранитов и других породах (часто «бараньих лбах» - поверхностях кристаллических пород, оглаженных-отполированных ледником) в разных районах заповедника (рис. 10).
       На твёрдых породах штриховка и бороздчатость часто сопровождаются серповидными шрамами (зарубками) и трещинами-полумесяцами, ориентированными по нормали к штрихам и бороздам. Ледниковую штриховку, наряду с другими признаками, используют для того, чтобы определить направление движения льдов.
       «Валунные мостовые». Иногда скопления хорошо окатанного валунного материала образует так называемые «валунные мостовые» (рис. 11). Образование их связывают с мощным водно-ледниковым потоком, который мгновенно сформировал вал, размыл подстилающую морену, оставив только крупные валуны и вынеся песчано-гравийный материал за ее пределы.  
       Выразительные обвалы и ущелья, скальные руины, валунные мостовые, а также другие объекты и уникальные ландшафтные комплексы на наш взгляд должны получить статус значимых в ряду природных памятников Кольского полуострова. Это не только объекты научного изучения, мониторинга опасных процессов, но и интересные и познавательные объекты для проведения различных туристических экскурсий, раскрывающих все многообразие и красоту Кольского края.


Литература


  1. Афанасьев А.П. 1977. Фанерозойские коры выветривания балтийского щита и связанные сними полезные ископаемые. Л.,Наука, 244с.
  2. Балаганский В.В., Глазнев В.Н., Осипенко Л.Г. 1998. Раннепротерозойская эволюция северо-востока Балтийского щита: террейновый анализ.  Геотектоника. № 2. С.16-28.  
  3. Геологическая карта Кольского региона. 2001. Ред. Ф.П. Митрофанов Пожиленко В.И., Гавриленко Б.В., Жиров Д.В., Жабин С.В. 2002. Геология рудных районов Мурманской области. Апатиты. Изд. КНЦ РАН, 359с.
  4. Калевала. 1956. Карело-финский народный эпос . Пер. Л. Бельского. Петрозаводск,  В.Ю. Визе.  1917. Народный эпос русских лопарей. Изв. Арханг. общества изучения Русского севера. № 1. С.15-24.
  5. Николаева С.Б. 2001. Палеосейсмические проявления в северо-восточной части Балтийского щита и их геолого-тектоническая позиция. Геоморфология. №4. С.66-74. Николаева  С.Б. 2012. Тропою лешего. Природа. №7. С. 26-32.
  6. Николаева С.Б., Никонов А.А., Шварев С.В. 2012. Детальные палеосейсмогеологические исследования на ключевом участке в бортовой зоне впадины оз. Имандра (Европейское Заполярье) – новые подходы и результаты. В:  Геоморфология и палеогеография полярных регионов. Материалы совместной международной конференции «Геоморфология и палеогеография полярных регионов», симпозиума «Леопольдина» и совещания рабочей группы INQVA Peribaltic. Санкт-Петербург, СПбГУ, 9 - 17 сентября 2012 года / Отв. ред. А.И. Жиров, В.Ю. Кузнецов, Д.А. Субетто, Й.Тиде. – СПб., - С.161163. 0.23а.л.
  7. Никонов А.А.  2004. Мирный атом совокупился с нечистой силой. Знание-сила. №11. С.56-63.
  8. Никонов А.А. 1992. Макросейсмическая характеристика землетрясений ХХ века в восточной части Балтийского щита. Белорусский сейсмологический бюллютень. Вып.2. С.96-124. Минск.
  9. Полканов А.А. 1936. Геологический очерк Кольского полуострова. Тр. Арктического института. Т. LIII.  Л.  
  10. Рихтер Г.Д. 1934. Физико-географический очерк озера Имандры и его бассейна. Гос. технико-теоретическое изд-во, Л. Вып. 5, С.47.  
  11. Семенов-Тян-Шанский О.И. 1975. Лапландский заповедник. Мурманск, Кн. изд-во, С.30.
  12. Стрелков С.А. 1973. Морфоструктуры северо-восточной части Балтийского щита и основные закономерности их формирования. В: Палеогеография и морфоструктуры Кольского полуострова. Л.: Наука, С.5-80.
  13. Тектоника Европы и смежных областей. 1976. М, Наука. 50 с.